Clannibal

Potential Skills

Weapon History

«Я всех вас проклинаю. Кровь ваша заструится по трещинам этих мертвых земель и соберется в багровых омутах. Вы и ваши родные захлебнетесь грязью из собственных жил». Таково было содержание старой записки. Немного поразмыслив, он достал ручку и бумагу и начал писать собственный текст... «Мало кто знает наверняка, чем Землекрушители могли прогневать собратьев. Раньше они были довольно сплоченной организацией с единым вожаком... Хотя позже ЗК раскололись, подобная враждебность между лагерями представляется беспочвенной... Жгучая ненависть, явствующая из этих записей, и мучения, которым автор лично подверг взятых в плен ЗК... пугают и шокируют — иначе и не скажешь...» Он остановился, обдумал написанное и остался недоволен. Ручка снова задвигалась по странице. «Я попытался извлечь из этих жестоких слов какую-то подоплеку, общий мотив. Возможно, безапелляционная готовность убивать врага вызвана неким проступком ЗК. А может, одни ЗК начали строить козни против других — и не оставили этого занятия по сей день... Мне было любопытно исследовать этот вопрос, как с профессиональной точки зрения, так и ради собственного интереса. Увы, автор оказался обыкновенным хладнокровным головорезом: вздернул всю семью своего приятеля-крушителя, с которым не поделил добычу». Он снова ненадолго остановился, а потом продолжил писать с новым пылом. «Личная неприязнь ничего не объясняет. Эти слова никак не помогут мне продвинуться с Указом об обеспечении мира на Талосе II. Само понятие "землекрушение" должно быть запрещено всеми законами и объявлено табу. ЗК необходимо исторгнуть из всех сообществ, организаций и фракций, легальным способом или нет — неважно. Чтобы защитить людей, землекрушению необходимо положить конец». Эти слова будто придали ему сил. Он начал писать с еще большим рвением. «На окраине всякой цивилизации неизбежно распространяется гниль. Хворь эта неизбывна, и до конца исцелить ее нельзя. Однако мы обязаны проявить решимость и принять серьезные меры, чтобы остановить тлетворное влияние заразы». Закончил он одним предложением: «Тридцать лет я был Землекрушителем. Вы должны мне верить».