Khravengger

Potential Skills

Weapon History

Нахцерер без сил рухнул на землю. Двуручный меч упал рядом. Сарказ много дней странствовал по бездорожью и думал о тех, кого сразил мечом, и об испуганных глазах, глядевших на его рога. Он привык к этому взору, полному ненависти, — отчаянной злобы против существа, что сулило неизбежный конец. Нахцереру нужно было лишь сожрать ненавистника — и боль проходила. Ноги отекли и горели так, словно превратились в раскаленный металл. Сам того не понимая, он скорчился на земле от боли, вызванной голодом и неумолимым разложением. Забрав у отцов меч холода, он поклялся оберегать его как свою жизнь. А теперь в первом же клочке цивилизации готов был обменять клинок на чистую воду и еду. Но в заброшенной деревне не нашлось ни того ни другого. Нахцерер хотел уйти, но тут услышал грубые насмешливые слова. — Эй, сарказ, меч продается? — Кто вы? Наемники или крушители? — Хм... А тебе не все равно? Если прок будет, мы и тебя купим, рогатый. Нахцерер слишком устал, чтобы спорить. Он осторожно сжал кулаки и проверил, осталась ли еще сила в руках. — Что значит «будет прок»? — Видишь тот валун? Разруби его пополам! — Хорошо. Камень был огромный: чтобы обхватить его, понадобилось бы два нахцерера. Валун долго пролежал в деревне: поверхность покрывали детские рисунки и стершиеся надписи. Нахцерер немного изучил его, чтобы выбрать угол. Вытянувшись во весь рост, он замахнулся мечом и ударил со всей силы. Когда пыль улеглась, под расколотым валуном обнаружился вход в пещеру. Оттуда на него смотрело множество глаз. В их взглядах читались страх и тревога. Пленники были еще слабее и отчаяннее него. Банда позади нахцерера приблизилась к пещере с громким смехом. — Ха! Да, прок точно есть. Теперь ты наш, рогатый. Во сколько обойдешься? Назови цену. — Я наемник, а не мясник. Это ненадолго заткнуло обидчиков, но затем они снова начали глумиться. — Не мясник? ХА! Слышали, что говорит?! Может, ты, сарказ, хорошо устроился, но деньжата зарабатываешь кровью. Так что не строй из себя святого, дьявольское отродье! Они были правы. Наемничество — грязная работа. Ему приходилось убивать, и оправдания этому не было. Глаза в пещере буравили взглядом его рога. От молчания пленников ему становилось невыносимо. Больше десяти лет назад он пересек Космические врата и думал, что уже никогда не увидит этих глаз. — Меч не продается. Сделав глубокий вдох, нахцерер занес двуручный клинок высоко над головой. — И сарказ тоже. ... Едва волоча ноги, исхудавший от голода нахцерер вновь двинулся в сторону горизонта. Не настал еще тот день, когда сарказу на Талосе II не нужен будет меч.